Однако ничего интересного не случалось.

Нельзя же отнести к таким событиям разговор с мамой о летних планах.

Мама была рослая, широкоплечая, с густыми бровями. Порой она выглядела грозно, особенно если подбоченивалась и брови сводила к переносице. Папа в такие минуты казался перед ней кузнечиком. Но все равно он маму не боялся. И Белка не боялась. Никогда. И сейчас в ответ на мамины увесистые аргументы она заявила:

— Я же сказала: не по-е-ду… — Причем звучало это так, словно Белка собиралась добавить легкомысленное «ля-ля-ля».

Мама попыталась огреть ее полотенцем. Жест носил символический характер, и Белке не стоило труда увернуться. Она сделала это, попутно ухватив с тарелки маслину (осталась от папиного завтрака, а сам он уже укатил на работу).

— Элизабетта!

— Что, мамочка?

— Ты моя погибель, вот что! И папина…

— Не-а. Я образцовый ребенок. Просто я не хочу туда…

— Это глупо! Ты упряма как… как…

— Как старая коза?

— Вот именно!.. Такие возможности! Тетя Рита обещала оплатить дорогу и прилететь за тобой, как и в прошлый раз! Она тебя так любит!

— Тогда пусть лучше пришлет наличными. Мы купим цветной принтер.

— Ты бессовестная и циничная девица!

— Ага. И погибель. И коза…

— Другие девочки на твоем месте с ума сошли бы от счастья!

— Ага, все Яны и Кристины. И даже Ксюша Подушкина… Но я-то уже была там!

— Ты была зимой! Всего полторы недели! А сейчас там чудесно!

— Что чудесного? В Канаде тот же климат, что у нас.

— Зато экология не та! И леса, и озера… И вообще иной мир! Дядя Валентин обещал свозить тебя на машине в Штаты. Может быть, даже в Нью-Йорк.

— Дядя Валентайн…

— Не паясничай!

— Я боюсь лететь.

— Что за чушь! Все говорят, что самолеты этой компании совершенно надежны!